14:52 

Украинская промышленность - сплошная перемога-зрада )

BabyDi
Знания в массы!


Украина – страна настолько странная, что в ней целые отрасли экономики могут принадлежать отдельным индивидам. Именно поэтому с 2010 года, когда мы говорим об украинской химической промышленности, мы подразумеваем Дмитрия Фирташа, сконцентрировавшего в своих руках её основные активы. Из всех уцелевших за годы независимости предприятий химпрома он не контролирует лишь два.

Впрочем, жизнь Дмитрия Васильевича, как и всей украинской химической промышленности, полна трудностей и проблем. В мае 2014 года, после того как Горловка и Северодонецк оказались в зоне боевых действий, работа концерна «Стирол» и «Северодонецкого объединения «Азот» в целях безопасности была остановлена. В результате этого оказалась парализована как раз экспортная часть химической монополии Фирташа. Данное событие нанесло существенный финансовый удар по доходам всего украинского химпрома, обвалив их в период с января по октябрь более чем наполовину.

Кроме этого, в 2014 году Украина фактически потеряла как Крымский содовый завод, так и «Крымский Титан». После возвращения Крыма в состав России юридический адрес содового завода стал российским, а производственный комплекс «Крымского Титана» Group DF сдала в аренду московскому ООО «Титановые инвестиции» (учрежденному структурами Фирташа).

Одновременно с этим по химической империи Фирташа нанёс удар премьер-министр Украины Арсений Яценюк, который после истечения аренды «Крымским Титаном» залежей ильменитовых руд — Вольногорского ГМК и Иршанского ГОКа, передал их в управление Объединенной горно-химической компании.

Не меньшие проблемы для химической монополии Фирташа возникли и на внешних рынках.

В частности, в 2014 году химическая отрасль Украины потеряла индийский рынок карбамида [1]. Оттуда её в сентябре вытеснили китайские производители. Причина этого проста: китайцы предложили за этот продукт слишком низкую цену, убыточную для остальных участников конкурса. Правда, терять позиции на индийском рынке украинские производители начали ещё в 2010 году.

Также в декабре стало известно, что и рынок карбамида в Пакистане для Украины тоже утерян благодаря усилиям Ирана. До 2014 года сбыт иранской химической продукции долгое время ограничивался торговыми санкциями США и Европы. Однако в прошлом году они были сняты. И, чтобы восстановить утерянные позиции, Иран стал предлагать карбамид даже по более низким ценам, чем Китай.

Вернуться в Индию и Пакистан Украине уже не удастся, так как для этого необходимо предложить там цену на карбамид почти вдвое ниже уровня нынешней украинской себестоимости данного продукта.

Самое интересное, что в этой ситуации Дмитрий Фирташ не растерялся и плавно переключился на торговлю китайским карбамидом. Швейцарское отделение принадлежащего ему трейдера NF Trading уже в 2014 году принялось завозить в ЕС китайский карбамид.

Похоже на то, что очень скоро Украина из экспортера карбамида превратится в его импортера. И это естественно, ведь понизить себестоимость украинского производства можно лишь путём его модернизации, а это требует очень значительных инвестиций. Но за все годы «нэзалэжного» существования украинского химпрома его модернизацией никто не занимался. А теперь, в условиях глубокого финансово-экономического кризиса и войны, это сделать невозможно даже при очень большом желании.

Впрочем, карбамид стал вторым азотным продуктом Украины, экспорт которого обваливается под воздействием мирового кризиса и военных действий на Донбассе. Первый в этом ряду – аммиак. В лучшие годы Украина отправляла на внешние рынки 22,5 млн. тонн этого продукта. Аммиак при нынешней конъюнктуре способен в год приносить производителям не менее 1,3 млрд. долл. США. Однако Дмитрий Фирташ ещё в 2010 году сообщил о том, что, по его мнению, украинский аммиак не в состоянии конкурировать с его аналогами из России и Ближнего Востока по причине более высокой себестоимости.

За последние несколько лет Украина потеряла сразу несколько важных рынков сбыта своего аммиака и карбамида — США, Индию, Пакистан, Турцию и Бразилию. Ранее, 2003 году, она окончательно ушла с рынка всей Юго-Восточной Азии. Под вопросом сейчас и сбыт продукции украинского химпрома в Евросоюз.

По мнению экспертов, серьёзный бизнес на удобрениях в обозримом будущем у Фирташа может получиться лишь на продаже аммиачной селитры и только на внутреннем рынке. Аммиаком на экспорт будет торговать Одесский припортовый завод, карбамидом — «ДнепрАзот». А заводы Ostchem на внешнем рынке смогут сбывать лишь небольшие объемы карбамида.

Если проанализировать динамику функционирования химической отрасли Украины в целом, без труда можно заметить тренд непрерывного спада объёмов производства и падения прибыли.

Полной катастрофы в 2014 году украинскому химпрому (как и металлургии) удалось избежать лишь благодаря стремительному обвалу гривны. Это позволило предприятиям-экспортерам нарастить гривневую выручку и более чем вдвое сократить убытки на предприятиях.

Обвал гривны также помог сдержать импорт удобрений. Трейдеры, опасаясь потерь, связанных с обменным курсом, на несколько месяцев откладывали поставки сложных, фосфорных и азотных удобрений, в то время как внутренние цены на них росли и значительно опережали экспортные. Это, собственно, тоже поспособствовало улучшению финрезультатов отечественных химпредприятий.

Исходя из вышеизложенного, нетрудно понять, что химическая промышленность Украины, лишённая инвестиций, модернизации и дешёвого газа, неумолимо теряет рынки сбыта, закрывает химпредприятия, сокращает своё производство и деградирует до выпуска самого простого сырья. Украинский химпром постепенно умирает, и этот процесс вплотную приблизился к своей финишной черте.

Полная энергетическая зависимость

Энергетика на Украине стала огромной и практически неразрешимой проблемой после того, как в страну перестал поступать дешёвый российский газ. До первого «Майдана» данный энергоноситель был легко доступен как для широких народных масс, так и для украинской промышленности. Более того, большие олигархические капиталы в стране создавались благодаря использованию или реэкспорту в Европу поразительно дешёвого российского газа.

Однако после того как галицийские крестьяне торжественно внесли Ющенко в президентский кабинет, российский газ для Украины начал стремительно дорожать, а его украинское потребление интенсивно сокращаться. Поэтому можно сказать, что зад Виктора Ющенко, который в результате «Оранжевой революции» был помещён в президентское кресло, стоил народу Украины десятки миллиардов долларов. Уже через несколько лет пламенный вождь Майдана был никому не нужен, но весёлая майданная гулянка оказалась крайне дорогой для бывшей УССР. Возможно, даже смертельно дорогой.

Впрочем, не стоит винить во всём лишь седалищное место Виктора Ющенко. Пожалуй, что главную роль в избавлении народа Украины от дешёвого газа сыграла его неверная соратница по Майдану Юлия Тимошенко. Благодаря газовому контракту, подписанному ею с «Газпромом» в январе 2009 года, Украина стала покупать российский газ не по «братской», а по рыночной цене. Газовый контракт Тимошенко был подписан на условиях «плавающих расценок», привязанных к мировым ценам на мазут и газойль (которые, в свою очередь, зависят от мировых цен на нефть).

Когда Юлия Владимировна подписывала контракт, в мире свирепствовал финансовый кризис. Спрос на нефть падал, а вместе с ним падала и цена на «чёрное золото». Очевидно, в связи с этим украинский премьер-министр решила, что цена на нефть и дальше будет либо падать, либо оставаться в диапазоне от 30 до 50 долларов за баррель. Однако после стремительного падения, цена на нефть, вопреки прогнозам большинства экспертов, рванула в заоблачные выси. А вместе с нею туда же улетела и цена за российский газ.

В итоге получился конфуз, который, если верить Виктору Януковичу, дополнительно стоит Украине в год 6 млрд. долларов. Как он заявил в марте 2013-го, «контракт, который был подписан в 2009 году Тимошенко... до 2019 года, приносит ежегодно убытки стране, и я отвечаю, 6 миллиардов долларов». При этом он добавил: «для нас это просто петля на шее».

Тем не менее, до самого своего свержения снять «газовую петлю Тимошенко» с шеи Украины Янукович не смог. Максимум, на что его хватило, это на подписание в апреле 2010 года т.н. «Харьковских соглашений», в результате которых «плавающая цена» на российский газ осталась, но со стодолларовой скидкой в счёт продления аренды Черноморским флотом России военно-морских баз в Крыму до 2042 года. Правда, в мае 2012 года Азаров относительно данной скидки заявил, что «на самом деле никакого снижения не было, это была арендная плата за пребывание Черноморского флота…».

Как бы там ни было, сейчас эта скидка никакого значения не имеет, так как после возвращения полуострова в состав РФ её Москва отменила. Ну а в апреле 2014 года Генпрокуратура Украины завела уголовное дело в отношении факта подписания бывшим украинским президентом т.н. «Харьковских соглашений». Януковичу вменили злоупотребление властью при подписании договора (часть 2 статьи 364 Уголовного кодекса) и госизмену (часть 1 статьи 111).

После захвата власти проевропейской оппозицией, в июле 2014 года, премьер-министр Арсений Яценюк, вздыбив на своём исключительно украинском лице свою предельно мужественную щетину, клятвенно пообещал лично снять с шеи Украины «газовую петлю Тимошенко».

Вначале украинское правительство подняло на щит спасительную идею диверсификации поставок газа. Украинский премьер мудро заявил, что Запад ему поможет. И, действительно, через некоторое время Европа начала экспорт газа в Украину. Украинские СМИ вслед за Яценюком торжественно трубили об очередной победе. Однако при этом в 2014 году около 96% газа, купленного Украиной, было приобретено ею у «Газпрома». То есть, диверсификация произошла, но в чисто символических масштабах, позволяющих украинским СМИ радостно заявить о том, что «Запад нам помог».

Осознав ту простую истину, что основным, главным и почти единственным экспортёром газа для Украины останется Россия, непреклонный украинский премьер велел Москве продавать ему газ по 268 долларов за 1 тыс. куб. м. Тогда Арсений Петрович гордо заявил, что дороже он покупать не будет ни при каких условиях. Однако уже в октябре, по-мужски сурово поблёскивая линзами, Яценюк назвал победой то, что Украина купит газ у России по среднегодовой цене в 378 долларов за 1 тыс. куб. м. А украинские СМИ в очередной раз дружно воскликнули: «цэ пэрэмога» гениального премьера!

Чтобы оценить данную «победу», необходимо просто вспомнить, что в 2010 году, после подписания Януковичем «Харьковских соглашений», средняя цена за российский газ для Украины была 280 долл. за 1 тыс. куб. м. Причём интересно то, что после обвала мировых цен на нефть в 2014-ом, цена на него каким-то удивительным образом длительное время для Киева не менялась. И лишь в начале февраля 2015 года вслед за расценками на нефть, контрактная стоимость газа упала до 329 долларов за тысячу кубов.

При этом необходимо учитывать, что подписанное правительством Яценюка газовое соглашение носит временный характер. Скидка в 100 долларов за 1 тыс. куб. м, которую Москва предоставила Киеву, действует с 1 ноября 2014 года до 31 марта 2015-го, а поставлять газ в Украину «Газпром» согласился только после введения предоплаты. Теперь Украина сперва платит, а потом потребляет на уплаченную сумму. По сути, Яценюк подписал «Харьковские соглашения – 2.0», но в ещё более невыгодном для Украины варианте.

Однако яценюковская «победа» длилась не долго, и уже 20 января 2015 года глава «Газпрома» Алексей Миллер на встрече с премьер-министром РФ Дмитрием Медведевым заявил, что с 1 апреля 2015 года прекращает своё действие стодолларовая скидка для Украины на российский газ.

А это означает, что с апреля российский газ будет стоить Украине 485 долларов за тысячу кубометров.

Кроме того, тогда же, в январе, Алексей Миллер сообщил о том, что «"Газпром" направил украинскому "Нафтогазу" письмо об имеющейся задолженности 2 миллиарда 196 миллионов долларов и о необходимости также оплаты пени за просроченный период». На конец января 2015 года долг Украины перед Россией вместе с пенями за просрочку газовых платежей составил 2,44 миллиарда долларов.

При этом, как сообщил 20 февраля министр энергетики и угольной промышленности Украины Владимир Демчишин, «в хранилищах сегодня 8,5 миллиарда кубов газа, а критический запас с точки зрения технологии и поддержания давления в трубе — 6 миллиардов. Мы выбираем по 65–70 миллионов кубометров в день, так что до конца марта запасов у нас достаточно. В апреле потребление снизится, и мы сможем поддерживать баланс за счет европейского реверса и собственной добычи».

Обратите внимание, Демчишин надеется, что в апреле потребление газа в стране снизится, и его баланс удастся поддерживать без российского экспорта. Похоже на то, что Киев не собирается делать новую предоплату.

И это не удивительно. Фактически «Нафтогаз» уже давно банкрот, и его существование полностью зависит от вливаемых в него денег из госбюджета. Об этом, кстати, открыто заявил в конце февраля глава правления НАК «Нафтогаз Украины» Андрей Коболев. «"Нафтогаз" находится на грани дефолта уже очень давно, с 2009 года это состояние в той или иной степени меняется, но оно продолжается», – заявил Коболев.

В связи с отказом «Нафтогаза» от предоплаты, 24 февраля глава «Газпрома» Алексей Миллер заявил о том, что «Украина не сделала своевременно новую предоплату за газ. На сегодня осталось предоплаченного газа только 219 млн. куб. м. На зачисление средств от «Нафтогаза» на счет «Газпрома» уходит около 2 дней. Поэтому поставка газа в Украину в объеме заявки 114 млн. куб. м газа уже всего через два дня приведет к полному прекращению поставки российского газа в Украину, что создает серьезные риски для транзита газа в Европу».

В конечном итоге Киев продолжил осуществлять предоплату за поставки российского газа, но предельно минимальную. Теперь Украина покупает газ не на год, не на пол года, не на квартал, и даже не на месяц. На данный момент её средств хватает оплатить поставки газа в страну лишь на несколько недель.

Подобные, предельно минимальные финансовые средства, которые правительство выделяет на закупку газа, свидетельствуют о том, что в госказне нет необходимых резервов, способных обеспечить закупку газа на длительный срок. Теперь Киеву с трудом удаётся наскрести деньги даже на несколько недель газовых поставок. А это означает, что если в ближайшее время Украина не получит очередной кредит, то страна может оказаться в состоянии острого газового дефицита. Не сложно понять, что в подобной ситуации страну ожидает подорожание газа и не исключён экономический коллапс. Без газа промышленное производство на Украине невозможно. А он будет либо очень дорогим, либо его не будет вообще.

Впрочем, подорожание газа, со всеми вытекающими из этого для украинского производства последствиями, будет происходить в любом случае. Даже если Киев сможет «гомеопатически» оплачивать Москве его дальнейшие поставки. Дело в том, что 26 февраля Национальная комиссия, осуществляющая регулирование в сфере энергетики и коммунальных услуг (НКРЭКУ), приняла решение с 1 марта 2015 года повысить предельную цену на газ для промышленных потребителей на 56% – до 8 900 грн. за тыс. куб. м.

И это лишь начало ухода цены на природный газ в недостижимые для украинских потребителей заоблачные выси.

Как заявили в НКРЭКУ, упомянутая выше цена для украинской промышленности минимальна, так как «Нафтогаз» предлагает установить предельную цену на газ для промышленности в размере 11 тыс. 100 грн. за тыс. куб. м, однако комиссия настояла на минимально возможной в текущих условиях цену на газ, реструктуризировав часть расходов «Нафтогаза». Это означает, что подорожание «голубого топлива» продолжится.

Но необходимо понимать, что дальнейший рост цен на газ это – смертный приговор для до сих пор уцелевшего украинского производства. Его остановка, в сложившейся ситуации, это лишь вопрос времени.

Судя по всему, у «Нафтогаза» как всегда нет наличных для закупки газа, у украинского государства нет средств для дальнейшего финансирования этой компании-банкрота, а у промышленности и населения нет денег, чтобы оплачивать потребление газа.

Подытоживая, можно констатировать, что в результате незамысловатых действий майданного правительства, газа на Украине стало катастрофически мало, и он оказался непозволительно дорогим не только для промышленности, но и для подавляющего большинства населения.

К примеру, стоимость газа для граждан с 1 мая 2014 г. выросла в 1,5 раза – до 1089 грн. за тыс. кубометров с 720,54 грн. за тыс. кубометров. С 1 июня 2014 года Национальная комиссия, осуществляющая регулирование в сфере энергетики, повысила тарифы на электроэнергию для населения на 10–40% в зависимости от объемов её потребления. А с 1 июля 2014 года на Украине существенно выросли тарифы на услуги по водо- и теплоснабжению. К примеру, в Киеве тариф на централизованное водоснабжение и водоотвод вырос более чем в 2,3 раза (до 7,46 грн/куб. м), а на горячее водоснабжение – на 58 – 69% (23,48-25,1 грн/куб. м). Кроме того, с июля 2014 г. в столице установлен новый тариф на централизованное теплоснабжение – 375,3 грн/Гкал, который на 48 – 58% превышает ранее действовавший (237,70-253,15 грн/Гкал в зависимости от сроков оплаты).

Но это не предел роста цен. «Рэволюция гидности» в сфере коммунальных тарифов продолжается. 18 февраля глава Национального банка Украины Валерия Гонтарева уточнила цену нового кредита МВФ для Украины в сфере тарифов на газ. «В соответствии с разработанной нами и МВФ программой, повышение тарифов будет очень резким — на 280% на газ и около 66% на тепло», — сообщила она.

И глава НБУ почти не солгала. 3 марта Национальная комиссия, осуществляющая регулирование в сфере энергетики и коммунальных услуг, в рамках выполнения меморандума с ключевым кредитором страны Международным валютным фондом, приняла решение повысить с 1 апреля 2015 года минимальный тариф на газ для населения в 3,3 раза — до 3 600 грн. за тысячу кубометров топлива. А цена реализации газа, добываемого госкомпанией «Укргазвыдобування» для нужд населения, была поднята в 4,5 раза.

Согласно решению комиссии, вышеупомянутый минимальный тариф для населения устанавливается в отопительный сезон с 1 октября по 30 апреля при максимальном потреблении топлива в объеме до 200 кубометров в месяц. В случае превышения установленного минимального объема, последующие объемы оплачиваются из расчета 7 188 грн. за тысячу кубометров.

В период межсезонья — с 1 мая по 30 сентября — стоимость природного газа составит 7 188 грн. за тысячу кубометров, независимо от объемов потребления.

Кроме того, по решению НКРЭКУ, тариф на газ для населения для приготовления пищи устанавливается с 1 апреля на уровне 7 188 грн. за тысячу кубометров, что в 6 раз превышает действующий тариф. То есть, для квартирных газовых конфорок цена газа выросла на 500%.

Впрочем, как сообщил представитель НКРЭКУ, повышение тарифов на газ для всех категорий потребителей в среднем составит 280%, как и было зафиксировано в меморандуме с МВФ, подписанном президентом, премьер-министром, главами Минфина и Нацбанка в конце февраля 2015 года.

Но и это ещё не всё.

К апрелю 2017 года Украина повысит цены на природный газ для населения до его импортной стоимости. Об этом прямо говорится в упомянутом меморандуме Международного валютного фонда, которым осчастливила страну майданная власть.

«Мы ликвидируем структуру ценообразования, базирующуюся на двух категориях, и повысим цены для населения до уровня, необходимого для достижения 75% уровня паритета с импортом в апреле 2016 года и 100% этого уровня в апреле 2017 года», — говорится в документе. Это означает, что с апреля 2017 года украинским потребителям газ будет продаваться по импортной цене. А на самом деле – дороже. Ведь надо учитывать то, что чиновники из «Нафтогаза» привыкли к хорошим заработкам. И не в размере минимальной зарплаты, а на уровне Мерседесов, икры с шампанским и отдыха в Европе. Поэтому украинский потребитель будет покупать газ даже выше, чем его будет закупать за границей «Нафтогаз». Это неизбежно.

«После достижения полного паритета с импортом мы утвердим новую методологию формирования розничных цен на газ, привязав их, в том числе, к таким релевантным факторам, как динамика цен на импортный газ и обменный курс, который будет применяться ежеквартально», — отмечается в меморандуме. Это означает, что когда украинский потребитель начнёт покупать газ по той цене, по какой Украина его импортирует, правительство будет ежеквартально корректировать эту цену в зависимости от подорожания импортного газа для страны и девальвации гривны.

«Мы гарантируем, что наша структура формирования цен на энергоносители будет покрывать все расходы на инвестиции в полном объеме. В случае, если компоненты цены, не связанные с НАК «Нафтогаз», будут меняться в течение года, для их отображения будет меняться розничная цена, а не цена, получаемая НАК «Нафтогазом», — подчеркивается в документе.

Кроме того, правительство обязуется перед МВФ до апреля 2017 года повысить цену на реализацию природного газа, добываемого госкомпанией «Укргазвыдобування» для нужд населения, до 150 долл. США за 1 тыс. куб. м.

В конечном итоге, можно прогнозировать, что цена на газ поднимется в 5-7 раз. И эта цена будет неподъёмной как для остатков украинской промышленности, так и для большей части простых граждан.

Особую «радость» вышеперечисленные достижения «Рэволюций гидности» должны вызвать у тех украинских граждан, которые живут в собственных домах. Для большинства из них в самое ближайшее время газ станет не просто архидорогим, а недоступным. Основная масса украинских домовладельцев в сельской местности не смогут платить за его потребление. Им это не позволят сделать их стремительно сокращающиеся доходы. Поэтому многим на селе уже сейчас стоит покупать «буржуйки», а также запасаться дровами и сушёным навозом. Иных энергоносителей у них уже не будет. О благах цивилизации придётся забыть.

Впрочем, точно так же и многие обнищавшие горожане не смогут оплачивать отопление своих квартир. Уже сейчас, чтобы рассчитаться за коммунальные услуги, оформлять субсидии придется почти 4 млн. семей Украины.

Дело в том, что НКРЭКУ, в рамках выполнения Меморандума с ключевым кредитором страны Международным валютным фондом, приняла решение с 1 апреля повысить тариф на тепло для населения на 72% — до 537,2 грн. за Гкал.

Хоть, по словам и.о. главы Комиссии Дмитрия Вовка, данный тариф покрывает 100% затрат на производство тепловой энергии, озвученная НКРЭКУ динамика роста цен на газ и коммунальные услуги выглядит весьма неубедительно. Цены продолжат свой рост и до 2017 года, когда закупаемый Украиной газ будет продаваться потребителям выше закупочной цены, и после 2017.

Дело в том, что украинские чиновники, озвучивая «окончательный» рост цен на газ и тепло, не учитывают обвальное падение гривны. Газ «Нафтогаз» покупает за доллары. Но доллар постоянно растёт. А это значит, что текущие гривневые расценки на жилищно-коммунальные услуги должны постоянно соответствовать долларовым тратам «Нафтогаза». Отсюда простой и очевидный вывод: пока в Украине будет происходить девальвация гривны, будут расти цены на газ и коммунальные услуги. А непрерывная девальвация гривны, в свою очередь, является следствием коллапсирующей украинской экономики, которая оказалась в этом плачевном состоянии из-за той политики, которую сознательно и целенаправленно проводит правительство Яценюка.

Вот и получается, что пока при власти вожди победившего Майдана, причинно-следственная связь негативных процессов в энергетике будет сохраняться.

Впрочем, в энергетической сфере газовая проблема, будучи фундаментальной, не является единственной. Не менее катастрофически после «Рэволюции гидности» обстоят дела и с обеспечением Украины электроэнергией.

Как известно, с начала декабря 2014 года в Украине начали осуществляться веерные отключения электричества, связанные с его высоким потреблением в условиях недопроизводства генерирующих компаний.

Тогда же, в середине декабря, заместитель министра энергетики и угольной промышленности Александр Светелик заявил о том, что аварийные отключения электричества могут продлиться до конца зимы. «Мы не пройдем эту зиму, если введем штатную ситуацию в стране. Не будет этой зимой штатной ситуации», – заявил Светелик. Также замминистра напомнил, что ежедневно Украине не хватает до 3 млн. кВт, из-за чего были применены веерные отключения электроэнергии.

А днём ранее, 18 декабря, «Укрэнерго» ввело графики аварийных отключений на 2,1 ГВт с 08.00 до 11.00 и с 16.00 до 22.00 часов. При этом в 08:13 из-за низкой эффективности этих графиков была отдана команда заменить их на графики аварийных отключений на 5,250 ГВт. По аварийным заявкам было отключено 28 энергоблоков на электростанциях генерирующих компаний, из них 19 энергоблоков из-за низких запасов угля.

В чём же проблема? Почему Украина начала испытывать острую нехватку угля?

Внезапный дефицит связан с тем, что 88 из 93 украинских шахт в Луганской и Донецкой областях оказались в зоне боевых действий или уже не контролируются Украиной. При этом на них приходится 70% всей добычи угля в стране. 69 шахт уже прекратили работу, а те, которые всё ещё действуют, испытывают трудности с обеспечением электроэнергией и транспортом. В итоге добыча угля в Украине уже в сентябре 2014 года упала на 51% по сравнению с аналогичным месяцем 2013-го.

Согласно сообщению Профсоюза работников угольной промышленности, государственные шахты Украины в январе 2015 года добыли 700 тыс. тонн угля, что в три раза меньше добычи в январе 2014 года. В Минэнергоугля ожидают в 2015 году сокращения добычи угля на государственных угольных предприятиях до 9 млн. тонн, что почти вдвое меньше результатов добычи предыдущего года. На территории, которую контролируют украинские власти, находится 35 работающих шахт, а 17 находятся в состоянии ликвидации либо консервации.

В целом же угледобывающие предприятия Украины в январе 2015 года сократили добычу угля по сравнению с январем 2014 года в два раза – до 3,420 млн. тонн с 6,933 млн. тонн.

Однако необходимо учитывать, что уголь имеет ключевое значение в энергетическом балансе Украины. Его доля составляет почти 35%, и за счёт него производится 45% всей украинской электроэнергии. Около 47% генерируют АЭС, а остальное производят ТЭС путем сжигания газа и угля, а также гидроэлектростанции и «зеленая» энергетика. Поэтому нехватка газа и остановка 80% шахт привели к острому дефициту основных энергоносителей и, как следствие, электроэнергии.

В связи с этим Украине на данный момент необходимо импортировать большие объёмы угля, особенно высокосортного, который используется на теплоэлектростанциях.

Чтобы не покупать уголь у России, в сентябре 2014 украинское правительство заключило договор с Южно-Африканской Республикой о поставке угля на Украину. И это несмотря на то, что транспортировка угля по морю существенно увеличивает его стоимость.

Впрочем, столь невыгодные поставки легко объясняются коррупционными схемами, которые были использованы при заключении договора с ЮАР. Впоследствии оказалось, что южноафриканский уголь был закуплен по завышенной цене и к тому же оказался низкого качества. Причём до такой степени, что мог вывести ТЭС из строя и вызвать аварию. Позже была проплачена ещё одна юаровская партия, которая, естественно, тоже оказалась «негорючей». В результате Украине был нанесён ущерб в размере 846 миллионов гривен.

В конечном итоге южноафриканский поставщик угля в Украину, компания Steel Mont, заявила о том, что не намерена подписывать новый контракт с «Укринтерэнерго».

В связи с данным событием министр энергетики Украины был вынужден констатировать, что после отказа ЮАР от поставок угля у страны осталось два выхода — закупать топливо либо в РФ, либо на Донбассе. Однако министр ТЭК ДНР Алексей Грановский заявил, что республика не собирается поставлять Киеву уголь до окончания боевых действий.

В итоге удерживать баланс в энергетической системе Украины правительству Яценюка пришлось благодаря российскому углю. В сентябре 2014 года Государственная энергогенерирующая компания «Центрэнерго» [2] заключила договор на поставку 509 тыс. тонн угля российского происхождения. Как было сказано в её официальном сообщении, «следуя распоряжениям правительства о принятии исчерпывающих мер по диверсификации источников энергетического угля, «Центрэнерго» заключила договоры до конца 2014 года на поставку энергетического угля марок А (антрацит) и Т (тощий уголь) в объеме 1 079 тыс. тонн, из которых 509 тыс. тонн — это уголь российского происхождения, 250 тыс. тонн — из Южно-Африканской Республики, и 320 тыс. тонн — украинского происхождения».

Импорт угля из РФ в 2014 году в денежном выражении составил 1,138 млрд. долл., из США – 0,324 млрд. долл., из Казахстана – 0,1 млрд. долл. На другие страны припало 0,211 млрд. долл.

В начале января 2015 года Украина, ощущая острый дефицит угля для тепловых электростанций, приняла решение вновь импортировать около 620 тыс. тонн этого топлива из Российской Федерации.

Как сообщил заместитель министра энергетики и угольной промышленности Юрий Зюков, «в январе у нас задание – 129 тысяч тонн для «Центрэнерго» и около 0,5 млн. тонн по контрактам ДТЭК [3]. Это я говорю про российский уголь». По его информации, платить Украине придётся около 73 долларов США за тонну.

В конце января 2015 года министр энергетики и угольной промышленности Украины заявил, что договор об импорте электроэнергии из России – это единственная возможность поддержать украинскую энергосистему.

При этом министр отметил, что на данный момент 4 теплоэлектростанции, которые работают на антрацитовой (дефицитной) группе угля, сейчас имеют критические запасы. Они находятся в ключевых местах и поддерживают энергосистему.

Кроме этого, острая нехватка в стране электроэнергии вынудила украинское руководство обратиться к России с просьбой помочь Украине с электроэнергией. В конце декабря 2014 года, выполняя распоряжение президента Украины, Министерством энергетики было заключено соглашение с РФ о её прямых поставках.

В свою очередь министр энергетики Российской Федерации Александр Новак сообщил о подписании двух контрактов между Россией и Украиной. Было заключено соглашение между ОАО «Интер РАО» (MOEX: IRAO) и «Укринтерэнерго» на экспорт электроэнергии из ЕЭС России в объединенную энергетическую систему (ОЭС) Украины. Годовой контракт вступил в силу с 30 декабря 2014 года и предусматривает равномерный график поставок объемом до 1500 МВт.

При этом министр энергетики и угольной промышленности Украины тогда же заявил, что Украина будет импортировать электроэнергию из России по 85 копеек за кВт/ч, заверив, что это очень выгодно, так как данная цена ниже стоимости той электроэнергии, которую вырабатывают украинские тепловые станции.

И, наконец, необходимо понять, как обстоят дела на Украине с таким важным энергоносителем, как нефть.

Когда-то около 90% поставок всей сырой нефти на Украину осуществлялось из России. Однако на данный момент Украина её не покупает. Высокая экспортная пошлина на российскую нефть (например, в январе 2013 года она составляла 395,6 долл. за тонну, а в декабре 2014 – 277,5 дол.) сделала производство нефтепродуктов на Украине невыгодным.

Дело в том, что российские и белорусские НПЗ покупают данный энергоноситель без экспортной пошлины. К тому же экспортная пошлина на производимые в этих странах нефтепродукты ниже экспортной пошлины на нефть. Поэтому из России и Беларуси выгоднее экспортировать нефтепродукты, а не нефть. Для Украины всё обстоит наоборот. Экспортная пошлина на российскую нефть делает производство из неё нефтепродуктов за границей России или Таможенного союза нерентабельным. Поэтому Украине выгоднее покупать готовый российский или белорусский бензин, чем производить свой.

В итоге украинская нефтеперерабатывающая отрасль практически полностью остановилась. Из шести нефтеперерабатывающих заводов работает только один — Кременчугский НПЗ. И только потому, что у него украинское сырьё. Но его мощности загружены менее чем наполовину.

Таким образом, на данный момент Украина неспособна производить нефтепродукты даже в том количестве, которое позволит ей в полной мере удовлетворить собственные потребности. Поэтому недостающие объёмы она компенсирует за счёт импорта. В 2014 году импорт бензина обеспечивал потребности Украины на 80%. Оставшиеся 20% она производила сама.

В 2014 году 46% всего импортного бензина (на 3,1 млрд. долл.) было куплено у Беларуси, которая, как известно, производит его из дешёвой российской нефти. 18% импортного бензина и нефтепродуктов (на 1,2 млрд. долл.) пришлось на Россию. И около 13% импортных нефтепродуктов (на 0,89 млрд. долл.) поставила в прошлом году Литва. Еще 22% нефтепродуктов общей стоимостью 1,4 млрд. долл. в Украину поступило из других стран.

Из всего этого следует, что на данный момент украинская нефтеперерабатывающая отрасль прекратила своё существование. Обеспечить себя собственными нефтепродуктами Украина уже не в состоянии. На 80% она зависит от импортных нефтепродуктов. При этом более 60% их объёма поступает с территории Таможенного союза. Но в скором времени практически весь импортный бензин на Украине будет российско-белорусского происхождения. Дело в том, что единственный в Прибалтике литовский нефтеперерабатывающий завод, находящийся в Мажейкяе и принадлежащий Польше, из-за убытков оказался на грани остановки. Российские нефтяные компании отказываются поставлять на этот НПЗ свою нефть, а альтернативных поставщиков он найти не может. Сейчас Orlen Lietuva стоит перед выбором: либо нефтеперерабатывающий завод законсервировать, либо демонтировать на металлолом.

Кстати, тот факт, что 80% бензина в стране импортного происхождения, автоматически запускает маховик его непрерывного подорожания. Проблема в том, что топливо Украина покупает за границей за доллары и евро. Помимо этого, акциз начисляется в евро и, следовательно, чем ниже гривна, тем больше таможенные платы. А это, в свою очередь, означает, что непрерывный рост курса иностранных валют автоматически обеспечит непрерывный рост цен на бензин и дизельное топливо. Подорожание доллара на гривну приводит к подорожанию топлива примерно на 70 копеек.

Результатом этого может стать паралич общественного транспорта. Как сообщил в конце февраля начальник коммунальной службы перевозок Киева Сергей Савтыр, «представители компаний-перевозчиков мне говорили, что когда цена (горючего) приблизится к 30 грн. за литр, они просто остановятся: будет невыгодно работать».

25 февраля цены на А-92 и дизельное топливо достигли 26,30-26,49 грн./л, а максимальная цена самого ходового бензина А-95 – 27,10-27,99 грн./л.

Из вышеизложенного нетрудно понять, что:

во-первых, Украина неспособна самостоятельно обеспечить свою энергетическую безопасность;

а во-вторых, Украина находится в абсолютно полной энергетической зависимости от Российской Федерации по основным энергоносителям (природному газу, нефти/нефтепродуктам и электроэнергии).

Перспективы бесперспективности

Мышление простого гражданина Украины в своём роде уникально: он рассуждает о том, чего нет, и мечтает о том, чего никогда не будет. Если спросить «пэрэсичного украинця» об экономике его страны, он вынужден будет признать, что с ней не всё в порядке, но при этом он обязательно продемонстрирует свою пламенную веру в то, что когда-то экономика Украины выйдет на уровень развития передовых европейских стран. По его мнению, нужно лишь найти среди украинцев честных, порядочных профессионалов (знатоков экономики), выдвинуть их во власть и провести необходимые реформы.

При этом, что характерно, безудержные украинские оптимисты не знают, где на Украине водятся «честные, порядочные профессионалы», и не имеют никакого представления о том, какие именно должны быть реформы, способные поднять украинскую экономику на зияющие вершины развития. Подробностями граждане Украины не заморачиваются, лишь веря в то, что у них всё будет, как в Европе. Это – главное. Ведь тогда всё будет очень хорошо.

Самое забавное в данном стереотипном мышлении то, что «пэрэсичный украинэць» в лучшем случае знает Европу как турист. Он лицезрел её опрятность, комфорт и благосостояние из окна экскурсионного автобуса, но не имеет ни малейшего представления о том, как это всё создавалось и какую это всё имеет цену. Поэтому украинский обыватель просто верит в Европу (или Америку), как его предки когда-то верили в Царство Небесное. Для простого гражданина Украины Европа (Запад) – это символ веры, мечта о «светлом будущем» колбасного рая здесь и сейчас, которое ему показали по телевизору и которое ему непрерывно обещают его отечественные правители. Поэтому европейскость украинца подобна европейскости тех азиатов или африканцев, которые покинули свои нищие, убогие страны и нелегально мигрировали в Европу, чтобы в индивидуальном порядке достичь «Царствия Небесного». Но если негры «евроинтегрируются» поодиночке, то украинцы, считающие себя самыми умными, мечтают это сделать коллективно, когда следом за украинскими гастарбайтерами в Европу на ПМЖ прибудет целая страна в виде «европейской» Украины. При этом украинцы не задумываются о том, а хватит ли им в Евросоюзе унитазов, которые там сейчас моют арабы, негры, турки, поляки, прибалты и прочие жители «развивающихся стран».

Действительная реальность гораздо суровее представлений о ней. Поэтому очень часто человек предпочитает пребывать в грёзах и иллюзиях. На Украине можно мечтать о евроинтеграции, но о ней невозможно там думать в практическом плане. Для этого нет оснований. Это то же самое, что планировать вознесение в рай – хоть индивидуально, хоть коллективно. Можно, конечно же, посвятить своё существование подготовке к жизни в мире ином, но где гарантия, что «иной мир» существует, а если и существует, то стоит ли он того, чтобы отказываться от жизни в мире этом?

Первый украинский парадокс заключается в том, что если во главу угла ставить не евроинтеграцию, а экономическое развитие страны, то все евроинтеграционные потуги превращаются в предательство Родины. Ведь получается удивительная закономерность: чем дальше Украина типа двигается на пути евроинтеграции, тем катастрофичнее становится ситуация с её экономикой. Более того, т.н. украинское «движение по пути евроинтеграции» на самом деле движением к Евросоюзу не является. За почти четверть века «нэзалэжности» ближе к Европе Украина не стала. И это факт! На самом деле т.н. «движение по пути евроинтеграции» – это лишь разрушение украинской экономики во имя коллективной иллюзии вступления в ЕС, после которого якобы на Украину обрушится манна небесная тотального благополучия.

Второй украинский парадокс заключается в том, что т.н. «движение по пути евроинтеграции» имеет вектор, направленный в противоположную сторону от Евросоюза. В 1991 году Украина была гораздо ближе к Европе, чем в 2015. Это звучит странно, но если сравнить уровень экономического развития УССР и «нэзалэжнойи» Украины, то у УССР теоретически был шанс интегрироваться в европейскую экономическую систему в связи с наличием у неё достаточно развитой экономики, а у «нэзалэжной» Украины такой возможности уже нет. Даже теоретической. Потому что у «нэзалэжной» уже нет экономики. Интегрироваться нечем. На данный момент украинско-европейское соитие в экстазе невозможно по причине отсутствия у Украины необходимого для этой процедуры органа. Украина сама себе сделала «чик» и теперь гордится своим самооскоплением во имя Евросоюза. Но зачем Евросоюзу «кастрированная» Украина?

И, наконец, третий украинский парадокс заключается в том, что если не заниматься коллективным фетишизмом и не мечтать об иллюзии в виде Евросоюза, то единственной возможностью для экономического развития Украины является её максимально тесная финансово-экономическая кооперация с Россией и странами Евразийского экономического союза.

Все вышеизложенные факты свидетельствуют как раз именно об этом. Украина не Европа. Европой она никогда не была, и никогда не станет в силу субъективных и объективных причин. И членом Евросоюза ей тоже не суждено стать. От судьбы не уйдёшь. Зато на территории нынешней Украины вполне возможно построить экономику, не уступающую в своём развитии европейской, если население этой территории максимально тесно скооперируется с Россией и странами Евразийского экономического союза.

Но для этого необходимо осознать простую и очевидную истину: для того чтобы жить в богатой, экономически развитой стране, не обязательно вступать в Европейский союз. Более того, как показывает практика, для благополучия многих (даже европейских стран) вступление в Евросоюз противопоказано. Наглядный пример этого – Восточная Европа, которая от вступления в ЕС больше потеряла, чем нашла. Только дурак может не видеть, что экономики второстепенных стран Европы в процессе евроинтеграции были ликвидированы, а сами эти страны стали кастрированными экономическими придатками богатых и сильных государств Западной Европы.

И Украина сейчас идёт по пути еэсовской периферии. С той только разницей, что она никогда не станет полноправным членом ЕС. Фактически свой скорбный путь она уже завершает. До её полной экономической самоликвидации осталось сделать несколько шагов. Ждать осталось недолго.

Об этом говорят не только факты сами по себе, но и эксперты. Прежде всего, эксперты российские и украинские. Однако их мнение на Украине подаётся местными олигархическими СМИ как «имперская пропаганда» России, стремящейся затянуть Украину в новую «москальську нэволю». Поэтому стоит обратить внимание на мнение западных экономических экспертов. Возможно, оно для простых украинских граждан, неистово преклоняющихся перед Западом, будет более весомым, чем даже очевидные факты.

В частности, имеет смысл обратить внимание на высказывания выпускника Оксфордского университета [4], старшего научного сотрудника Института мировой экономики Петерсона [5] Андерса Аслунда, сделанные им в 2014 году.

Андерс Аслунд был профессором в Стокгольмской школе экономики [6] и директором Стокгольмского института переходной экономики Восточной Европы [7], а также работал в Фонде Карнеги [8] в качестве директора российской и евразийской программ. При этом он является активным сторонником «Майдана» и весьма критично относится к России.

Я не случайно так подробно рассказываю обо всех достоинствах Аслунда. Он – эталон европейского учёного в сфере экономики, хорошо разбирается в украинских реалиях и не любит РФ. Такой человек для «пэрэсичного украйинця» не может не быть авторитетом.

Так вот, Аслунд не просто считает, что в ближайшем будущем Украина потеряет своё промышленное производство, а убеждён в том, что ей необходимо стать аграрной страной. С точки зрения западного экономического либерализма, сельское хозяйство – украинская ниша в европейском разделении труда. Это то, чем Украина может и должна заниматься.

Логика Аслунда проста: война на Донбассе будет идти более двух лет, и за это время Киев должен ликвидировать/приватизировать предприятия ВПК, смириться с потерей 60% металлургии и 90% машиностроения, полностью похоронить химпром и стать аграрной страной, ориентированной на сельскохозяйственный рынок Германии.

По мнению Аслунда, разрыв Киевом торгово-экономических отношений с Россией приведёт к развороту «украинской торговли от России к Европе. Но Европе мало что нужно из товаров, которые Украина продавала в РФ. Поэтому экономику Украины ждет гибель целых отраслей».

Аслунд убеждён, что Европе от Украины необходимо всего лишь четыре вида продукции/услуг. Это – металлургический полуфабрикат, продукция некоторых машиностроительных предприятий (при условии их перепрофилирования и приватизации), сельхозпродукция и обеспечение экспорта российского газа в ЕС.

Машиностроение давало треть украинского экспорта в Россию и лишь 11,5% экспорта в ЕС. В Россию Украина продавала в основном комплектующие для ВПК, железнодорожные вагоны и локомотивы. «Если посмотреть на экспорт Украины, то 35% экспорта – это машиностроение. Почти всё это – оружие, но не цельное, а компоненты, – рассуждает Аслунд. – Я не знаю, что будет с этим, но думаю, что ничего хорошего». По его мнению, старые советские предприятия военно-промышленного комплекса Украины, вероятно, можно переориентировать на выпуск новой продукции, как и в странах Центральной и Восточной Европы. Но это, подчёркивает он, потребует закрытия старых госкомпаний и передачи их активов частным владельцам.

Работа в данном направлении уже идёт. В декабре 2014 года министр экономики Украины Айварас Абромавичус, представляя депутатам Верховной Рады проект бюджета на 2015 год, сообщил, что государственные стратегические предприятия Украины будут переданы американским инвестиционным фондам по примеру Румынии.

«Стране нужно развиваться», – заявил глава Министерства экономики и предложил сократить список из 1478 стратегических предприятий Украины, не подлежащих приватизации, до 551 объекта.

По словам Абромавичуса, из 3374 украинских государственных предприятий работают лишь 1120, причем даже «первая сотня» из них даёт не прибыль, а многомиллиардные убытки. «На данный момент только 0,2% от ВВП мы получаем в виде дивидендов от госкомпаний. Это ненормальное явление», – отметил министр в середине февраля 2015 года.

Поэтому майданное правительство Украины приняло решение от них избавиться. В середине февраля во время брифинга в Администрации Президента Украины, Абромавичус заявил, что приватизацию украинских государственных предприятий его министерство планирует осуществить в конце 2015 – начале 2016 гг. В связи с этим журналисты издания Deutsche Wirtschafts Nachrichten назвали правительство Яценюка «Кабинетом министров, сформированным для распродажи Украины».

Очень показательно то, что министр экономики Украины Айварас Абромавичус упомянул именно румынский опыт приватизации стратегических государственных предприятий. Дело в том, что в конце января 2015 года в Румынии завершился многолетний и самый громкий в истории страны судебный процесс, связанный с приватизацией стратегических объектов страны. Как сообщило агентство Рейтер, коллегия в составе пяти судей Верховного кассационного суда вынесла окончательный приговор бывшему министру экономики Румынии Кодруцу Шерешу и бывшему министру связи Золту Наги. Эти экс-чиновники получили тюремные сроки за промышленный шпионаж и «закулисные договоренности» в рамках приватизации стратегических предприятий Румынии. Очень похоже на то, что нечто подобное ожидает и Украину.

Но вернёмся к украинским экономическим реалиям. Не менее «весёлое» будущее Аслунд пророчит и украинской металлургии. По его мнению, в целом экспорт украинской стали будет неизбежно падать. На сталь приходится 37% экспорта в ЕС и 20% экспорта в Россию. Металлургия сосредоточена на Донбассе. По его информации, в августе 2014 производство стали снизилось на 30%, угля — на 50%. Старые украинские метзаводы выживали за счёт низких цен на газ и уголь. Теперь цены вырастут, и без модернизации основная масса заводов закроется, уверен Аслунд, потому что модернизированы на сегодня только два комбината — Алчевский, принадлежащий «Индустриальному союзу Донбасса», и «Днепросталь» «Интерпайпа».

Что касается упомянутых Аслундом меткомбинатов. В начале декабря 2014 года стало известно, что Алчевский металлургический комбинат, оказавшийся в зоне боевых действий, был полностью остановлен и законсервирован. АМК потушил рабочие домны из-за невозможности организовать подвоз сырья. Все заказы и контракты комбината перевели на другие металлургические заводы Индустриального союза Донбасса. А чуть позже ИСД отправил всё производство АМК в Польшу и Венгрию. В частности на польский комбинат Huta Czecstohowa и венгерский Dunaferr.

Причём, что интересно, в феврале 2014 года в прессе появилась информация о том, что швейцарская компания Carbofer, уже владевшая на тот момент 52% акций ИСД, докупила оставшиеся 48% акций корпорации. Carbofer – собственность российского бизнесмена Александра Катунина.

Вот и получается что модернизированный Алчевский меткомбинат, во-первых, остановлен, и его производство перенесено за границу, а во-вторых, уже не является украинским.

Сталеплавильный же комплекс «Днепросталь» Виктора Пинчука, входящий в его трубно-колесную компания «Интерпайп», вполне возможно, точно так же, как и Алчевский меткомбинат, в самое ближайшее время окажется в зоне боевых действий с самыми негативными для него последствиями.

Таким образом, фактически у Украины остался один модернизированный металлургический комбинат, который потерял российский рынок сбыта и может оказаться в эпицентре гражданской войны.

В общем, по мнению Аслунда, на металлургической промышленности Украины целесообразно поставить жирный крест.

Аналогичный крест он ставит и на украинской химической промышленности. Химпром Украины, считает Аслунд, умирает. И осталось ему существовать недолго. Дело в том, что в основном он может производить удобрения лишь на основе дешёвого российского газа, возвращение которого едва ли является возможным. «Если дешёвого газа из России не будет, их (химкомбинаты) нужно будет модернизировать. Но химпром всё равно вряд ли выживет», – убеждён Аслунд. В данном случае профессор проявляет оптимизм, считая, что кто-то сейчас кинется сломя голову вкладывать огромные деньги в модернизацию никогда не модернизировавшихся за годы «нэзалэжности» химических предприятий. Тем более если учитывать, что «химпром всё равно вряд ли выживет».

Что же в конечном итоге останется у Украины? По мнению Аслунда, процветать на Украине будет только сельское хозяйство. На данный момент 24% украинского сельскохозяйственного экспорта идёт в Европу и 9,5% – в РФ. Аслунд уверен, что объемы украинского экспорта в Европу и на Ближний Восток резко возрастут. А в дальнейшем Украина, вероятно, будет продавать всё больше переработанной пищевой продукции, и её производство привлечет много прямых иностранных инвестиций.

В будущем, по словам Аслунда, украинское производство и экспорт будут зависеть от интеграции в европейские, прежде всего германские, цепочки поставок. Но для этого, уверяет Аслунд, власти Украины должны всё тотально приватизировать и отказаться от госрегулирования экономики, как это было сделано в странах Восточной Европы.

Чем, прежде всего, интересны высказывания этого западного эксперта? Тем, что он фактически озвучил то, какой должна стать украинская экономика с точки зрения западной доктрины экономического либерализма. Это не просто частное мнение Аслунда, а то, что ожидает Украину в случае установления над нею полного западного контроля.

Никому в Европе или США украинская промышленность не нужна. Европейцы готовы покупать у Украины лишь металлургический и сельскохозяйственный полуфабрикат. Т.е. то, что требует больших издержек (энергетических и экологических), но даёт небольшую добавочную стоимость. Именно поэтому украинское машиностроение вне российских производственных цепочек обречено на гибель. На Западе его продукция не востребована. Так же, как Европе не нужны конкуренты на внешних рынках в сфере машиностроительного производства.

Но ведь старые украинские меткомбинаты, никогда не знавшие модернизации, подошли вплотную к границам рентабельности своего производства. С каждым новым годом им всё труднее отвоёвывать для себя иностранные рынки сбыта. В аналогичном положении и украинский химпром.

Поэтому в стратегическом плане Украина интересует Запад лишь как рынок сбыта. И это вполне логично, что Европе не нужна украинская промышленность. У ЕС прекрасно развитое промышленное производство. А роль Украины – быть покупателем того, что производит Евросоюз, сводя концы с концами в качестве европейского сельскохозяйственного придатка. Именно для этого прозападные политические силы в стране подняли идею евроинтеграции, которая не сможет привести Украину в ЕС, но вполне способна окончательно оторвать украинскую промышленность от России и тем самым её убить.

Маховик деиндустриализации запущен, и Украина ускоренными темпами превращается в аграрную страну. В прошлом, 2014 году, украинский Госкомстат официально сообщил, что падение производства на Украине составило 10%. Эта цифра выглядит весьма странно, если учитывать, что в предыдущем 2013 году падение производства на Украине достигало почти 5%. А ведь тогда не было ни тотального разрыва экономических отношений с Россией, ни массовой остановки промышленных предприятий, ни повального бегства инвесторов, ни дикой девальвации гривны, ни абсолютно пустой госказны, ни, что самое главное, разрушительной гражданской войны.

Поэтому заявления Госкомстата о лишь десятипроцентном падении производства в 2014 году выглядит неубедительно и смешно. Дело в том, что в украинском Кабмине чиновники оперируют несколько иной цифрой данного показателя. В их официальных документах падение производства на Украине в 2014 году достигло 50% (!). Но это страшная тайна украинской власти. И, пожалуй, самое главное после массовых убийств «достижение» «Рэволюцийи гидности».

В связи с постепенным превращением Украины в аграрную страну, необходимо отметить, что мир условно делится на экономически развитые и отсталые страны. Развитые страны – индустриальные, отсталые – аграрные. И если во всём мире государства стремятся развивать именно своё промышленное производство, то Украина под лозунгами евроинтеграции и русофобии последовательно деградирует к состоянию аграрно-сырьевого придатка Европы, обеспечивающего её таким полуфабрикатом, как кукуруза, рапс и сорго.

Впрочем, на данный момент даже экспортом своей сельскохозяйственной продукции в ЕС Украина похвастаться не может. К примеру, как сообщил замглавы Госветфитослужбы Виталий Башинский, лишь семнадцати украинским предприятиям Евросоюз разрешил поставлять свою продукцию животного происхождения на свой рынок. Семь предприятий продают рыбу, пять – мед и столько же предприятий – продукты птицеводства.

Таким образом, ни одна украинская компания, производящая готовые пищевые продукты, на данный момент не поставляет свою продукцию на европейский рынок. А ведь Украина уже находится в зоне свободной торговли с Евросоюзом.

Судя по всему, если Украине и суждено стать аграрным придатком Европы, то производить этот придаток будет не готовую продукцию, а сырьё. Что, собственно говоря, сейчас и происходит.


Андрей Ваджра,

специально для alternatio.org

_____________________________________________

[1] Карбамид (мочевина) — химическое соединение, диамид угольной кислоты. Содержит около 46% азота, тем самым являясь наиболее концентрированным азотным удобрением. Применяется для всех видов почв как основное и предпосевное удобрение, а также в качестве подкормки. Карбамид также используется в качестве внекорневой подкормки овощных, плодовых культур и поздних подкормок пшеницы, направленных на повышение содержания белка в готовом зерне.

[2] ПАО «Центрэнерго» – энергогенерирующая компания Украины. На электростанциях компании установлены 23 энергоблока мощностью от 175 до 800 МВт, из которых 18 блоков – угольные, а 5 предназначены для использования газомазутного топлива. В общем объеме производства электроэнергии Украины доля выработанной электроэнергии ПАО «Центрэнерго» составляет около 8%. Почти 80% уставного фонда компании принадлежат государству.

[3] ДТЭК — энергетическое подразделение System Capital Management, крупнейшей частной бизнес-группы Украины, которое представляет собой вертикальную интеграцию предприятий, создающих производственную цепочку от добычи и обогащения угля до генерации и дистрибуции электроэнергии. Принадлежит Ринату Ахметову.

[4] Оксфордский университет (англ. University of Oxford) — старейший англоязычный университет в мире, а также первый университет в Великобритании. Хотя точная дата основания университета неизвестна, есть доказательства, что преподавали там ещё в XI веке. Входит в группу «старинных университетов» Великобритании и Ирландии, а также в элитную группу «Рассел» лучших 20 университетов Великобритании.

[5] Институт мировой экономики Петерсона (англ. Peterson Institute for International Economics) – частный, некоммерческий, научно-исследовательский институт, занимающийся вопросами международной экономической политики. Получил название в честь известного американского экономиста, политика, бизнесмена, миллиардера Питера Г. Петерсона. Расположен в Вашингтоне.

Институт является одним из наиболее известных мозговых центров в области изучения проблем мировой экономики.

В сферу исследований института входят глобальные макроэкономические вопросы, международные финансы, международная торговля и связанные с этим социальные вопросы, энергетические проблемы и проблемы окружающей среды, инвестиции, вопросы государственного регулирования экономики, конкурентоспособности США и других стран и другие вопросы. Приоритетной является тематика, связанная с мировым финансовым и экономическим кризисом. Исследования, проводимые институтом, охватывают все регионы земного шара.

[6] Стокгольмская школа экономики (швед. Handelshögskolan i Stockholm, англ. Stockholm School of Economics) — специализированное высшее экономическое образовательное учреждение. Школа основана в 1909 году. Это старейший частный экономический университет Швеции.

[7] Стокгольмский институт переходной экономики (англ. Stockholm Institute of Transition Economics, SITE) – научно-исследовательское учреждение (Швеция); институт основан в 1989 г.; является подразделением Стокгольмской школы экономики. Основная задача института – исследование проблематики переходной экономики в Центральной и Восточной Европе.

[8] Фонд Карнеги за международный мир — частная некоммерческая организация, основной задачей которой является содействие сотрудничеству между странами мира. Фонд был назван по имени американского бизнесмена Эндрю Карнеги, выписавшего 11 мая 1903 года чек на полтора миллиона долларов на строительство Дворца мира.

@темы: экономика, не моё, интересно, есть мнение, Украина

URL
Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

Dear Diary, I`m ...

главная